Социально-психологический анализ факторов и типологии самоубийств в г.Магнитогорске в период 2012-2015 годы, выявление региональных особенностей и факторов риска суицидального поведения населения

Ежегодно в мире в результате самоубийств погибают более 800 тыс. человек, а если учесть число парасуицидов, которые совершаются в 20 раз чаще, то масштабность проблемы возрастает многократно [13].

В общественном сознании продолжают существовать табу и стигматизация, окружающие самоубийства, и часто люди не ищут помощи или остаются наедине с самими собой [5]. Если они все-таки обращаются за помощью, то сталкиваются с неспособностью многих систем и служб здравоохранения оказать ее квалифицированно. При осуществлении своевременных и эффективных, научно обоснованных вмешательств, лечения и превенции, возможно, предотвратить как самоубийства, так и парасуициды. К сожалению, данному явлению не придается приоритетного значения как важнейшей проблеме здравоохранения.
По итогам 2015 года, у 37 из 85 регионов РФ зафиксирован высокий уровень самоубийств. Это, прежде всего, регионы Севера, Урала, Сибири и Дальнего Востока. Актуальность самоубийств в г.Магнитогорске ни сколько не меньше, чем в других городах регионов РФ, а возможно и в большей степени должна волновать жителей и администрацию города рисунок 1.

Смертельные случаи от самоубийств и в ДТП

Рис.1. Смертельные случаи от самоубийств и в ДТП: РФ, Челябинская обл. и г.Магнитогорск,
в расчете на 100 тыс. населения за год

Цели и задачи исследования

Проведение социально-психологического анализа факторов и типологии самоубийств; выявление региональных особенностей самоубийств населения в г.Магнитогорске; детекция наиболее актуальных, для нашего города, факторов риска суицидального поведения; продемонстрировать важность раннего выявления и лечения депрессивных расстройств у лиц с соматической патологией врачами поликлинического звена; показать значимость обязательной психологической работы с лицами совершивших парасуицид и госпитализации в кризисное отделение.

Материалы и методы исследования

Материалом для исследования стали данные Росстата [8] и данные ежемесячно получаемые из МУЗ города [9]. До начала терапии в кризисном отделении проводились сбор анамнеза, обще-клинический и неврологический осмотр, клинический и биохимический анализы крови, электрокардиография, по необходимости КТ и МРТ головного мозга. До и после лечения у больных оценивали уровни личностной и ситуационной тревожности по шкале Спилберга – Ханина [10], шкала Гамильтона для оценки тревоги (HARS) [10], госпитальная шкала оценки тревоги и депрессии (HADS) [10].

Результаты и их обсуждение

Депрессия – наиболее распространенное психическое, непсихотическое расстройство, встречающееся у 10% населения [17]. От депрессии на всем земном шаре страдает более 450 миллионов людей во всех возрастных группах и сообществах. Риск развития депрессии в течение жизни у женщин до 40%, а у мужчин до 14%. Частота депрессий в общей медицине составляет более 29% и превосходит частоту артериальной гипертонии [14].

Депрессивные расстройства не только чрезвычайно часто встречаются среди населения в целом, но и относятся к числу наиболее распространенных заболеваний в первичной медицинской сети. Распространенность депрессивных расстройств среди пациентов, страдающих соматическими заболеваниями, еще выше. Так, по данным исследователей, депрессивные расстройства возникают у 22-33 % всех пациентов, у 33-42% онкологических больных и у 47% пациентов, перенесших инсульт, спустя 2 недели после него, в течение ближайших дней после инфаркта миокарда депрессия возникает у 45% лиц, в течение 3 – 4 месяцев – у 33% [11, 18, 19, 22, 23]. Боль, наиболее частая жалоба, с которой обращаются пациенты, по всей видимости, часто связана с депрессией. Популяционные исследования и исследования среди пациентов первичной сети показали чрезвычайную распространенность депрессии среди пациентов с хроническим болевым синдромом во всем мире [15, 19]. Депрессия оказывает серьёзное влияние на качество жизни и сопоставимо по тяжести с диабетом или кардиологической патологией. Депрессия составляет 12% в структуре всех причин инвалидности (до 20% в 2020 г. - 2-е место после ИБС) [7]. Депрессия (80.0%) станет в 2020 году второй по частоте причиной нетрудоспособности после ишемической болезни сердца (82.3%) [20]. Очень часто депрессия становится благоприятной почвой для принятия решения о самоубийстве [2, 4, 6].

От самоубийств в России в 2015 году погибло больше людей, чем от ДТП (рисунок 1). Жертвами суицидов ежегодно становятся почти 25 тыс. человек. По данным Росстата, в 2015 г. покончили с собой 24 982 человека. В то же время жертвами несчастных случаев на транспорте стали 24 674 человек. Всего от внешних причин в 2015 году погибло 164 276 человек, и самоубийства стали наиболее распространенной внешней причиной смерти. За аналогичный период 2014 года число погибших в результате ДТП составляло 29 188 человек, а количество самоубийств – 27 066.

В г. Ярославль 14.03.2016, под председательством Владимира Путина состоялось Заседание президиума Госсовета по вопросам безопасности дорожного движения. Правительство регулярно обращается к этой проблеме, и она находится на контроле у президента.

К сожалению, теме суицидов, не уделяется такое же пристальное внимание. Демонстративным является соотношения смертности от самоубийств и ДТП по Челябинской области и г.Магнитогорску (рисунок 1), подчеркивающий особенности нашего региона. Коэффициент самоубийств на 100 000 человек – 27,2, что на 36% превышает уровень, характеризуемый Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) как высокий уровень самоубийств (от 20 и выше на 100 000 человек).

Ситуация в г.Магнитогорске по смертности от самоубийств еще более удручающая и проявляет тенденцию к ухудшению (рисунок 1) [2, 6]. Согласно данным научных исследований, депрессия в медицинских учреждениях, врачами общей практики, практически не распознается, уровень выявления и адекватного лечения депрессий крайне низок. Врачами поликлиник выявляется лишь 5% случаев депрессивного расстройства, к психиатрам обращаются 12% нуждающихся в лечении, из них адекватную терапию получают только 25% [1, 3].

Суицид при депрессии (закон "семерок"):

  • 70% больных депрессиями не обращаются за помощью к специалистам
  • 70% больным — не устанавливается правильный диагноз
  • 70% больных с установленным диагнозом "депрессия" не получают антидепрессантов [12, 16, 24]
  • 70% всех суицидов приходится на больных депрессией
  • 70% больных, совершивших суицидальную попытку, посещали врача общей практики в течение 6 мес. до суицида [21]
    •  

      Особенности по гендерному признаку.
      Динамика суицидов в зависимости от гендерных особенностей

      Рис.2. Динамика суицидов в зависимости от гендерных особенностей,
      2012-2015 год, г.Магнитогорск, чел/год

      Обращаемость мужчин в медицинские учреждения с психологическими проблемами значительно ниже, чем у женщин, а учитывая низкую выявляемость депрессий, она не диагностируется и не лечиться. И как следствие становиться фактором суицидального поведения. Как видно на рисунке 2 представленность суицидов мужчин доминирует на протяжении последних 4 лет.
      В странах с высоким уровнем доходов соотношение смертности мужчин женщин от суицидов составляет 3,5:1, а с низким и средним уровнем доходов 1,5:1 [21].

      Второй особенностью нашего города по гендерному признаку является соотношение смертности мужчины/женщины противоположно мировым тенденциям рисунок 2.

      Динамика суицидов по возрастным группам

      Рис.3. Динамика суицидов по возрастным группам в 2015 г.,
      г.Магнитогорск, чел/год

      По данным ВОЗ, частота самоубийств среди мужчин и женщин неодинакова. В течение многих лет было принято считать, что в мировом масштабе мужчины совершают самоубийства втрое чаще, чем женщины. Однако эта высокая пропорция наблюдается, главным образом, в странах с высоким уровнем доходов, где в 2012 г. соответствующее соотношение значений стандартизированного по возрасту показателя частоты самоубийств составило 3,5. В странах с низким и средним доходом (СНСД) соотношение мужчины/женщины составляет всего лишь 1,6; иными словами, мужчины совершают самоубийство на 57% чаще, чем женщины. Региональные межполовые соотношения в СНСД варьируются от 0,9 до 4,1 в Европейском регионе, т. е. различаются в 4,5 раза [21].

       

      Особенности по возрастному признаку.
      Динамика суицидов в зависимости от гендерных особенностей по возрастным группам

      Рис.4. Динамика суицидов в зависимости от гендерных особенностей
      по возрастным группам в 2015 г.,
      г.Магнитогорск, чел/год

      Особенность нашего города в отношении возрастных групп, противоположно мировым тенденциям. По данным ВОЗ, в отношении возрастных групп почти во всех регионах мира наименьшая частота самоубийств наблюдается среди детей младше 15 лет, а наибольшая – среди лиц в возрасте 70 лет и старше, как среди мужчин, так и среди женщин. Главное различие между странами с высоким уровнем доходов и СНСД состоит в том, что в СНСД значительно выше частота самоубийств среди взрослых молодого возраста и пожилых женщин, а в богатых странах гораздо больше самоубийств приходится на мужчин среднего возраста [21].

      Пик смертности от суицидов в нашем городе явно выражен в возрастной группе 20-39 лет (рисунок 3) и превалирует на протяжении последних четырех лет [2, 4]. Таким образом, самой уязвимой в отношении суицидов является наиболее работоспособная группа населения мужчины в возрасте 20-39 лет (рисунок 4).

       

      Особенности по признаку образования.
      Динамика суицидов в зависимости от образования

      Рис.5. Динамика суицидов в зависимости от образования,
      г.Магнитогорск, чел/год

      Как следует из рисунка 5, в большей степени подвержены суициду люди с начальным профессиональным и средним (полным) образованием, т.е. лица рабочих профессий.
      Обращает на себя внимание, что с 2012-2014 годы преобладали лица со средним (полным) образованием, а в 2015 году лидируют лица с начальным профессиональным образованием.

      Возможно, это связано с кризисом и потерей работы [2, 4].

      Динамика суицидов в зависимости от занятости

      Рис.6. Динамика суицидов в зависимости от занятости,
      г.Магнитогорск, чел/год

      Этот же вывод подтверждает график занятости рис. 6, что смертность от суицидов у лиц не занятых преобладает, в то же время смертность среди лиц занятых в экономике незначительна [3, 4, 5], что положительно корреллирует с данными мировой статистики.

      Выводы

      1. За рассматриваемый период с 2012 – 2015 годы на фоне тенденций снижения средних показателей суицидов по РФ, показатели Челябинской обл. и г.Магнитогорска повышаются.
      2. Особенностями риска суицидального поведения по ранжиру являются: гендерный признак (мужчины); возраст (20-39 лет); образование (начальное профессиональное и среднее (полное)); не занятые в экономике.
      3. Оказание психотерапевтической помощи суицидентам, их своевременная госпитализация, и психологическая помощь семье парасуицидентов предупреждает вторичные суициды.
      4. Раннее выявление и лечение депрессивных расстройств у лиц с соматической патологией уменьшают количество суицидов.
      5. Первичная профилактика суицида заключается в повышении образовательного уровня населения.
      6. Требуется шире использовать потенциал сети Интернет, для информирования и повышении образовательного уровня более широких групп населения, и как средство коммуникации, в том числе во врачебном сообществе.
      7. Полагаем непременным, знание суицидальной истории семьи и оказание психологической помощи семье и уцелевшим родственникам.
      8. Назревшей считается проблема открытия суицидологического кабинета в нашем городе.
      9. Разработать и внедрить в практику, городскую программу превенции суицидов.
        1. Литература

          1. Дмитриева Т.Б. Психическое здоровье и общественная безопасность. / Т.Б. Дмитриева. – Екатеринбург, 2008.
          2. Матяш А.А. Анализ динамики и структуры суицидальной активности в г. Магнитогорске за 2012 год. / А.А. Матяш, П.А. Матяш. // Серия статей: Профилактика суицида.
          3. Матяш А.А. Анализ структуры и динамики самоубийств в г.Магнитогорске за 2009-2012 годы. // Сборник материалов научно-практической конференции "Актуальные проблемы психиатрии, психотерапии и медицинской психологии. Современные подходы к терапии психических расстройств. Материалы V межрегиональной научно-практической конференции" / Под ред. Малининой Е.В., Сергеева В.А. – Челябинск: Изд-во "Пирс", 2013.
          4. Матяш А.А. Превенции суицидов. Практическое руководство. / А.А. Матяш, П.А. Матяш. // Сборник работ. Электронное издание. – Магнитогорск, 2016.
          5. Матяш А.А. Прогноз суицидов и статистика самоубийств 2013 год. Причины самоубийств: нереализованная социальная роль и депрессия. / А.А. Матяш, П.А. Матяш. // Серия статей: Профилактика суицида.
          6. Матяш А.А. Распознай депрессию. / А.А. Матяш, П.А. Матяш. // Практическое руководство (для пациентов и врачей общей практики). Электронное издание. – Магнитогорск, Изд. 2-е, 2015
          7. Смулевич А.Б. Депрессии при соматических и психических заболеваниях. / А.Б. Смулевич. – М.: Изд-во Медицинское информационное агентство, 2003.
          8. Статистические показатели. Электронный ресурс. Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики (Росстат)
          9. Статистические показатели. Муниципальные учреждения здравоохранения г. Магнитогорска
          10. Шкалы. Выпуск №1, №2. – М., 2002
          11. Bukberg J. Depression in hospitalized cancer patients. / J. Bukberg, D. Penman, J.C. Holland. // Psychosomatic Medicine, 1984
          12. Callahan E.J. The influence of depression on physician-patient interaction in primary care. / E.J. Callahan, K.D. Bertakis, R. Azari, J.A. Robbins, L.J. Helms, J. Miller // Fam Med., 1996
          13. Cutcliffe J.R. Research endeavours into suicide: a need to shift the emphasis. / J.R. Cutcliffe // British Journal of Nursing. – 2003 – Vol. 12.
          14. Dubovsky S.L. Prediction of quality of life after coronary artery bypass graft surgery: a review and evaluation of multiple, recent studies. / S.L. Dubovsky, S. Boeke, M.A. Taams, et al. // Psychosomatic Medicine, 2003
          15. Gureje O. Persistent pain and well being: A World Health Organization Study in Primary Care. / O. Gureje, M. Von Korff, G.E. Simon. // JAMA, 1998
          16. Hirschfeld R.M. Assessment and treatment of suicidal patients. / R.M. Hirschfeld, J.M. Russell. // N Engl J Med., 1997
          17. Kaplan H.I. Comprehensive Textbook of Psychiatry, 6th ed. / H.I. Kaplan, B.J. Sadock. // Baltimore: Williams & Wilkins, 1995
          18. Katon W. Depression and chronic medical illness. / W. Katon, M.D. Sullivan // J Clin Psychiatry, 1990
          19. Mario Maj, Norman Sartorius. The WPA educational series on depressive disorders, volume 1-3, 2008
          20. Murray J.L. Alternative projections of mortality and disability by cause 1990-2020 / J.L. Murray, A. Lopez // Global Burden of Disease Study. – The Lancet, 1997
          21. Preventing suicide: a global imperative. // Geneva: World Health Organization, 2014
          22. Robinson R.G. A two year longitudinal study of post stroke mood disorders: findings during the initial evaluation. / R.G. Robinson, L.B. Starr, K.L. Kubos, et al. // Stroke, 1983
          23. Schleifer S.J. The nature and course of depression following myocardial infarction. / S.J. Schleifer, M.M. Macari Hinson, D.A. Coyle, et al. // Arch Intern Med, 1989
          24. Simon G.E. An international study of the relation between somatic symptoms and depression. / G.E. Simon, M. von Korff, M. Piccinelli, et al. // N Engl J Med., 1999

           
          © Матяш Полина Александровна
          Дипломированный психолог
          практикующий психолог-консультант
          медицинский психолог, психодиагност

          © Матяш Александр Афанасьевич
          Главный психотерапевт города
          врач-психотерапевт высшей категории
          психиатр, психоневролог

           
          © Консультативный интернет-проект
          по практической психологии и психотерапии "Доктор Матяш и Партнеры"
          Сайт: Matyash.info